Дэнни

Проза

30.01.2009 20:22

Беседа на трамвайной остановке

- Эй! – кто-то легонько тронул меня за плечо. Я обернулась.
- Что с тобой? Тебе плохо? – огромные голубые глаза смотрели на меня из-под темных бровей с пониманием, и я почувствовала, как слезинка скатилась по щеке – впрочем, в дождь ведь все равно этого никто не заметит…
- Да, мне плохо… - я шмыгнула носом и отвернулась, - мне просто ужасно, мне…
- Тебе больно и хочется плакать, так? – он положил руку мне на плечо, и от его прикосновения стало как-то теплее, - тебе ужасно повезло, поверь! Ты способна испытывать боль, ты можешь плакать – значит, твоя душа жива! Плачь, не сдерживай себя!
А я уже и не сдерживала. Слезы катились по щекам, а на душе становилось все легче и спокойнее. Он терпеливо подождал, пока я выплачусь, а затем услужливо протянул мне огромный клетчатый носовой платок – такие мужские носовые платки были в моде лет десять назад.
- Послушай, но все-таки почему мне так плохо? Зачем-то это надо?
- А кто тебе сказал, что должно быть всегда только хорошо? Это к вопросу «зачем». А про «почему» - отдельный разговор. Ты ведь сама решила для себя некоторые вещи, установила нормы, правила. И когда люди ведут себя не по твоим правилам, не так, как «должны» были бы себя вести – тебе становится больно и обидно! Вот и все, - он улыбнулся, и улыбка у него оказалась замечательная!
- Так просто… - растерянно пробормотала я.
- Еще проще, чем ты думаешь! И еще одно… Запомни, счастья тебе не может дать никто, ни один человек в мире. Счастье – можешь себе создать только ты, сама. Как только твое «счастье» начинает зависеть от кого-то или от чего-то – это уже не счастье, а наркотик, и от этой зависимости надо срочно избавляться!
- Спасибо… - я грустно улыбнулась ему в ответ.
- Тебе все еще плохо?
- Не знаю… как это выразить? Мне «плохо», «грустно», но это такая приятная грусть, что мне даже хорошо от этого!
- Вот и отлично, иногда для полного счастья нужно поплакать, погрустить и испытать от этого удовольствие…
- Знаешь, с тобой так здорово, легко и спокойно… А ты вообще кто? Ты реально существуешь?
- А как ты сама думаешь? – он улыбался, и в его неповторимых глазах сейчас прыгали хитрые искорки.
- Я бы хотела, чтобы существовал!
- Ну, тогда для тебя – существую, вполне реально.
Мы немного помолчали.
- Знаешь, мне пора!
- Подожди, я хотела бы задать тебе еще один вопрос… Так что же мне делать с НИМ?... Отпустить и забыть?... Не ревновать?... Не любить?...
Он печально покачал головой: - Не любить и забыть – вряд ли получится, и ты сама это знаешь. Ревновать и удерживать – бесполезно, и ты это тоже прекрасно понимаешь. Скорее – отпустить, да, отойти в сторону, дать свободу и немного подождать… Но – НИЧЕГО НЕ ЖДАТЬ И НЕ ЗАВИСЕТЬ!
- И чем все это закончится?
- А вот этого я тебе не скажу, потому что будущего еще нет! Ты его рисуешь, сама, каждое мгновение… А вот и твой трамвай подходит, тебе тоже пора – на работу! - с этими словами он вдруг стал постепенно таять в воздухе.
- Постой!... Скажи, мы с тобой еще увидимся?
- Как ты захочешь! Если я тебе буду нужен – я всегда рядом… - он растаял окончательно, помахав мне на прощание рукой, а у меня как будто стало чуть теплее – где-то там, в груди, в области сердца…

Ангелы бывают разные...

Я лечу по ночному городу, вдыхая терпкий запах опавших листьев. Разноцветная листва в свете фонарей, красиво подсвеченные здания на набережной, редкие прохожие… Стоп! Во мне как будто щёлкает внутренний переключатель, состояние из расслабленного и спокойного становится сосредоточенным, рабочим. Внимательно всматриваюсь – ага, вот они! Мужчина и женщина, молодые, симпатичные, сидят на скамейке в пустом дворе. Он вполне нормален, углублён в свои проблемы и замкнут. А вот она – явно мой клиент. Подлетаю ближе, опускаюсь на соседнюю скамейку. Они меня, понятное дело, не видят; сидят молча, но это совсем не то молчание, когда двоим просто хорошо вместе. Она спрашивает: «Что случилось?» Он молчит. Он хочет домой и уже не рад, что поехал её провожать. Она злится – на него, на себя и думает, что лучше было плюнуть на всё и ехать одной, чем вот так, как сейчас...

Они молчат ещё какое-то время. Затем она тихо произносит: «Знаешь, я больше так не могу! Я хочу тебе кое-что сказать…» Я вижу, что она хочет понять, как же он к ней всё-таки относится, нравится ли она ему и если да, то почему он сейчас так замкнут и молчалив? Но никогда не спросит об этом прямо. Ему сейчас не до выяснения отношений, он просто устал и хочет покоя. Они сидят вроде бы рядом – но неизмеримо далеко друг от друга. Протягиваю руку, чуть-чуть разматываю нити их Судеб, смотрю… Так и есть, сотрудники, друзья. Едут с корпоративной вечеринки. Ничего особенного или принципиально нового – довольно распространённая ситуация. Сматываю всё обратно.

Порой просто диву даёшься, как мало нужно, чтобы сделать людей счастливыми – например, мне сейчас достаточно легонько коснуться его сердца, самым краешком крыла – и он поймёт, что эта женщина ему дороже всех на свете, обнимет, поцелует, и она станет счастливой… На несколько дней, недель или месяцев. Пока однажды, когда поздно будет уже что-то менять, не поймёт, что рядом – совсем не тот человек, что нужен ей на самом деле. Или – обнять её крылом, убрать злость и раздражение, защитить от боли, отвести домой – и она забудет про него, станет спокойной и уверенной в себе… И не пройдёт, не усвоит самого главного урока в своей жизни. Это всё ерунда, что нам, ангелам, нельзя вмешиваться в жизнь человеческую. Можно, никто официально ничего не запрещает, никто никого не наказывает. Просто мы гораздо дальше людей можем смотреть вперёд, просчитывая варианты развития событий – а потому вынуждены быть крайне осторожными в своих поступках. К тому же я не Ангел Любви или Утешения, не моё дело – соединять сердца или успокаивать души, у меня другое ведомство…

Смотрю на женщину – она на грани срыва, и сейчас наговорит ему такого, о чём завтра с утра будет ужасно жалеть. Взмахиваю крылом – и она говорит, к своему удивлению, совсем не то, что хотела: «Знаешь, мне от тебя ничего не нужно. Ты для меня друг, и не более того. Мне с тобой интересно общаться и просто хорошо быть рядом…» Хочет добавить – «Если бы ты только знал, как хорошо!» - но я закрываю ей рот. Он смотрит на неё, он удивлён. Ну, ещё бы, он-то ожидал упрёков в холодности и признаний в любви! Произносит вдруг: «Мне, в принципе, с тобой тоже…» Она молчит. Я снова взмахиваю крылом – раздаётся тонкий, неслышный для людей звон разбитого стекла – она ПОНИМАЕТ. Они встают, прощаются по-дружески и расходятся в разные стороны – она к себе домой, он – к метро. У неё комок в горле и ледяной холод на сердце. Они ведь действительно – просто друзья, я лишь помог ей это увидеть…

Ему пока и впрямь не нужны женщины, он только что пережил развод, неуверен в себе и боится близких отношений. Да, возможно, через какое-то время он успокоится, придёт в себя и поймёт, какая она всё-таки замечательная. Но это тоже уже не по моей части – это дело Ангела-Вершителя Судеб.

Она… Ей сейчас очень плохо, хоть она внешне и держится молодцом. Её уютный, придуманный мир рушится, и под этими осколками погребает её целиком. На время. Мне не дано испытывать жалость – это плохое чувство, но я ощущаю её боль, как свою собственную. Я буду рядом с ней ещё несколько дней, я разделю с ней слёзы и бессонные ночи – это и есть расплата за право причинять людям страдания. Мы вместе пройдём это испытание – которое никто на свете не смог бы пройти за неё.

Я лечу за ней по ночному городу, вдыхая терпкий запах опавших листьев. Я – дежурный ангел. Без меня людям никак нельзя. Моя работа трудна и порой жестока, но необходима – я Ангел, Разбивающий Иллюзии…

Мина

- Мина, иди сюда! Скорее! – звонкий голос раздаётся со стороны качелей. Оборачиваюсь – соседский мальчишка, Вадик. Машет мне рукой. Отворачиваюсь. «Иди сюда», да ещё «скорее»! Ишь, чего выдумал! Сам подойдёт, не принц! Продолжаю сосредоточенно ковыряться в песочнице.
- Мина, ну же! Посмотри, что у меня есть!
- Ты не видишь – я занята! У меня замок, трёхэтажный, между прочим! – Песок влажный после дождя, строить из него легко и приятно, и замок действительно получается очень красивым.
Вадик подходит, сопит обиженно: - Ну, замок, и чего тут такого? А я тебе не покажу теперь, что у меня есть!
- Ну и не надо! Отстань от меня!
- Ах, ты так! – он с размаху ногой бьёт по недостроенному замку – и прекрасное строение рассыпается на моих глазах. Внутри поднимается глухая, тёмная волна. Медленно встаю, медленно поднимаю потемневшие от злости глаза: - Да ты что? Да я сейчас тебя… Да я… - в бессильной ярости сжимаю кулачки, обращаю взгляд к небу – и вижу падающий (почему-то беззвучно) прямо на нас с Вадиком метеорит, размером этак с трансформаторную будку… Ещё мгновение – успеваю осознать весь ужас ситуации, но ничего не могу поделать – и всё кончено, нет больше ни песочницы, ни детей, только что ссорившихся в ней.
Просыпаюсь в холодном поту. Да что же это такое, сколько ещё будет мучить меня этот дурацкий сон! Вадик – жив и здоров, в этом году заканчивает институт; сама я тоже давно не играю в песочнице, взрослая совсем – невеста… Да уж. Невеста. В буквальном смысле этого слова. Блин…

Когда родители решают назвать свою дочь не Машей, Леной или Олей, а Вильгельминой – уже понятно, что жизнь её простой и лёгкой не будет. А если при этом девочку с детства зовут уменьшительно-ласкательно «Мина», с ней и вовсе хлопот не оберёшься!
И точно – с ранних лет у меня выявилось одно весьма и весьма взрывоопасное качество: стоило мне поссориться с кем-нибудь, сильно разозлиться или что-то кардинально поменять в своей жизни, как вокруг начинали происходить катастрофы, природные катаклизмы и прочие невероятные явления. Например, когда я в восьмом классе всерьёз поругалась с одноклассником, рядом со мной в коридоре во время перемены обрушилось потолочное перекрытие – по счастливой случайности никто серьёзно не пострадал. Или, скажем, тот случай, когда я летом в деревне у бабушки разозлилась на соседских ребят – целых два дня бушевал ураган с ливнем, деревню практически затопило и у многих домов снесло крыши. А когда я передумала поступать в институт и сказала отцу, что вместо этого пойду работать – в нашем городе впервые за всю его историю произошло землетрясение.
Я уже не говорю про менее значительные «происшествия местного значения»! Одноклассники боялись дразнить меня и всегда давали списывать, а дворовые хулиганы обходили стороной за квартал. Родители неоднократно обращались к различным специалистам по паранормальным явлениям. Меня изучали, прикрепляли к ногам и рукам электроды и озадаченно качали головами. Говорили что-то о моей сверхэмоциональности и в связи с этим – о локальных возмущениях пространственно-временно-вероятностного поля.
Поэтому мне даже страшно себе представить, что произойдёт, когда я скажу своему жениху, Илье, о том, что передумала выходить за него замуж! Это будет уже не локальное возмущение вероятностного поля, это – глобальное изменение судьбы. Только ли моей судьбы? Или – апокалипсис для всей планеты? И случаен ли мой навязчивый сон?...

И всё-таки – тянуть больше нельзя. Сегодня я, наконец, решилась и скажу ему всё. Потому что лучше уж – всемирный потоп, землетрясение, всё что угодно – чем прожить свою единственную жизнь с человеком, добродушную улыбку которого я уже до свадьбы не могу видеть спокойно! И вроде бы ничего плохого он мне не сделал (ну ещё бы – попробовал бы он!), а вот – раздражает, и всё тут…
Телефонный звонок. Вздрагиваю, снимаю трубку. В ответ на своё «Алло!» слышу до боли знакомый голос: - Мина, привет! Что ты делаешь сегодня вечером?
- Илья, привет. Знаешь, я давно хотела тебе сказать… - вздыхаю, набираю воздуха в грудь и крепко-крепко зажмуриваюсь: - уйди из моей жизни! Ну, пожалуйста, что тебе стоит? Найдёшь себе другую девушку… Пойми, мы друг другу совсем не подходим! И я… я не хочу выходить за тебя замуж. Прости меня.
На том конце телефонного провода после непродолжительного молчания – частые гудки. По-прежнему с зажмуренными глазами вешаю трубку на аппарат и прислушиваюсь. Открываю один глаз, второй. Осторожно осматриваюсь. Похоже, конец света на этот раз отменяется – вокруг всё как всегда… Или – почти как всегда? Что-то меня смущает, что-то вроде бы не так… Торопливо перемещаюсь на кухню, настежь открываю окно – ох, как туго поддаются треугольные створки! Не замечала этого раньше… Вползаю на подоконник и с беспокойством выглядываю во двор. Да нет, всё нормально, всё по-прежнему. По газону, покрытому нежно-фиолетовой травкой, неторопливо прогуливаются мамаши с детьми. В небе ярко светят два солнца – голубое и оранжевое. Какая красота! Сворачиваюсь на подоконнике и замираю, удобно подогнув под себя тонкие передние щупальца. На душе становится легко и спокойно, и только в голове навязчивым мотивом крутится смутно-знакомое, слегка тревожное – не то имя, не то давно позабытое название города или страны – «Земля, Земля»…